149 День детей и родительского счастья отметили в Переславле-Залесском

ИЗ Ленинграда мы вернулись в Москву, где провели несколько дней, проводя дальнейшие исследования, прежде чем отправиться на юг в наше путешествие, которое должно было привести нас вниз по Волге, через Кавказские горы и вниз к Черному морю. Было сказано, что тот, кто видел Москву, видел в миниатюре то, что происходит по всему Советскому Союзу. Однако мы хотели увидеть, не в миниатюре, а в полном масштабе, что-то из работы здравоохранения в различных республиках и в различных условиях.

Мы начали наше путешествие на юг, проведя двенадцать часов в ночном поезде из Москвы в Нижний Новгород. Кстати, этот город с тех пор переименован в Горький, но мы считаем удобным использовать старое название. В этом «Детройте России» мы посетили большой новый автомобильный завод. Работы ведутся в гигантских масштабах. Шло строительство на акрах больших жилых домов, в которых будут жить сотрудники и их семьи. Проезжая через жилую застройку, мы подумали, что, по крайней мере, с английской и американской точек зрения, было бы более уместно строить по-домашнему уютные коттеджи, каждый со своим садом, тем более что, казалось, была свободная земля, доступная для неограниченного количества коттеджей. Однако мы поняли, что принятый план, вероятно, позволит решить нынешнюю жилищную проблему быстрее и с меньшими затратами, чем это могло бы быть сделано отдельными зданиями.

Мы посетили заводскую больницу и поликлинику во временных помещениях и увидели, что новые здания близятся к завершению. Местный комиссар здравоохранения рассказал о медицинском обслуживании как в городе, так и на заводе.

Путешествие по Волге, знаменитое в песнях и рассказах, навсегда запомнится как уникальный опыт. Природные пейзажи, исторические города и деревни, живописная жизнь по пути, чередование, по мере нашего путешествия, одной расы за другой, движение по реке, пение и веселье русских пассажиров на борту парохода, наши встречи в посещенных городах, осмотренные учреждения, интересные лидеры, с которыми мы разговаривали, — все это внесло большой вклад в наше удовольствие и в наше понимание русского народа и идеалов и достижений советского здравоохранения.

От Нижнего до Казани Волга течет на восток по глубокому руслу. На юге находятся лесистые частоколы из песка и глины или холмы, отступающие и обнажающие волнистые возвышенности, с обильными полями зерна и крытыми крышами деревушками, гнездящимися в больших оврагах. Северный берег напоминает широкий песчаный берег моря с лиственными лесами на заднем плане и холмистыми плато, возвышающимися вдалеке.

Пройдя от политического деления, называемого Нижегородской областью, через часть автономной области марийцев, финно-угорского народа, мы добрались до Казани, древней крепости татар, столицы Татарской Республики и культурного центра Поволжья.

Население Казани составляет 179 000 человек, из которых 50% — татары. Мы узнали, что в то время, когда Советское правительство провозгласило Татарскую Республику, для татарского населения почти не было больничного обеспечения. Сейчас у них двадцать крупных больниц и санаториев, в то время как число больниц для нетатарцев увеличилось.

Нас встретил комиссар здравоохранения, огромный красивый татарин. Он повел нас в большую университетскую клинику, включающую все медицинские факультеты, на которых студентам преподаются специальные предметы. Ежедневно в этой клинике проходят лечение около 1500 пациентов. В нем 70 коек для стационарных пациентов. Мы получили представление о других медицинских учреждениях города, и у нас сложилось впечатление о восточном городе в процессе перехода, с уже заметными признаками модернизации.

Интересным примером советских массовых профилактических мер является тот факт, что все население Казани было вакцинировано или ревакцинировано в июне 1932 года после примерно пятнадцати случаев оспы предыдущей зимой. Благодаря подобной массовой работе тиф исчез из этого города.

До Казани мы добрались на следующий день после начала нашего путешествия по Волге, и мы уже знакомились с попутчиками, и сцены на борту становились знакомыми. Там было много сотен пассажиров третьего и четвертого классов, которые, по — видимому, были в основном крестьянами. Многие из них были обременены небольшими запасами фруктов и продуктов питания, помимо других личных вещей. Их одежда обычно включала постельное белье, две большие деревянные коробки, небольшие свертки, бутылку и чайник. То, как они избежали травм друг друга, когда поспешили на борт, было чудом. Они толпились на палубах, ночуя под открытым небом. Пассажиры второго класса, имеющие больше привилегий, спят в нашей столовой.

Красочные халаты и головы женщин в косынках придавали толпе живописный вид. По ночам мужчины и женщины пели жалобные песни. И перемежались эти печальные припевы на борту обрывками песен, напоминающих о волжских лодочниках, или слабыми звуками, доносившимися по тихим водам от групп крестьян на песчаных берегах. Когда мы сидели и слушали в лунном свете, эффект был особенно романтичным. Но жалобные песни на борту были прерваны веселым смехом. И время от времени какой-нибудь мужчина или женщина вскакивали и танцевали с поразительной энергией.

Когда мы пришвартовались в Богородске, примерно в шестидесяти милях к югу от Казани, тысяча человек боролась за место на борту нашей и без того перегруженной лодки. Было печально видеть бедных женщин, некоторые на поздних сроках беременности, другие с плачущими младенцами, и все с тяжелой ношей, борющихся за место на сходнях. Каин и помощник капитана взобрались на перила и призвали к порядку, объяснив, почему невозможно было принять их всех, и, наконец, взяли толпу под контроль.

Ночью женщина, поднявшаяся на борт в толпе, преждевременно родила ребенка; а на следующее утро в Ульяновске посреди аналогичной сцены в доке мы увидели, как мать и ребенка вынесли на берег на носилках, оба живые, благодаря помощи судового врача, женщины.

Ранним утром прекрасный пример галантности продемонстрировал молодой носильщик, который в одно мгновение разделся и прыгнул за борт, чтобы спасти огромный сверток с семейными вещами, брошенный старой крестьянкой.

Этот водный подвиг напоминает нам о забавном инциденте, произошедшем накануне недалеко к югу от Казани. Река там мелкая, и русло часто меняется. Корабль сел на мель, и после того, как «каайну» удалось снова спустить его на воду, он решил пришвартоваться у причала, пока команда катера искала канал. Во время этой задержки несколько пассажиров отправились на близлежащий пляж, чтобы искупаться в Волге. Один из нас был среди них и вызвал сенсацию по причине, которую он не смог сразу обнаружить. Но после некоторых расспросов он узнал, что туземцы никогда раньше не видели мужчину в том, что они называли «дамским купальным костюмом», потому что он закрывал верхнюю часть тела! На самом деле, купание обнаженными мужчинами и женщинами, хотя и не в смешанных группах, очень распространено в России, как мы наблюдали на Волге, Черном море и в других местах.

На реке были всевозможные суда: пароходы класса люкс, подобные нашему; паромы, битком набитые крестьянами и животными; обширные бревенчатые заграждения с постоянными плавучими домиками для рабочих и каноэ-долбленки, набитые поющими крестьянами.

Между Казанью и Ульяновском правый берег Волги местами достигает высоты более пятисот футов, напоминая один из частоколов реки Гудзон. Затем, в Ульяновске, он внезапно появляется из высокогорья, которое отступает на большое расстояние, обнажая обширные поля зерна. Но высокогорье возвращается и отступает снова и снова, открывая и скрывая деревни с крышами, с одной или несколькими белыми церквями или соборами, окруженными высокими тополями.

На других участках пейзаж выглядит диким и одиноким. Видны человеческие фигуры, бродящие по лесу и выходящие из него. Крупный рогатый скот, козы, овцы и лошади пасутся, часто без пастуха, или спускаются большими стадами, чтобы напиться из реки, придавая идиллические штрихи картине.

Ульяновск, место многих сражений во время гражданских войн, является родиной Ленина, а дом, в котором он родился и жил мальчиком, теперь является музеем, почитаемым как национальная святыня.

Высокие изрезанные берега заканчивались Самарой. Изгиб, подковообразный изгиб длиной более ста миль, где Волга огибает хребет Жигулевских гор. В восточной точке изгиба находится Самара, главный город Среднего Поволжья. Этот город с населением около 172 000 человек также был ареной недавних сражений. Здесь нас встретили заместитель комиссара здравоохранения, профессор Батрастшенка, офтальмолог, и доктор Катценелленбаум, директор по медицинским исследованиям. Они рассказали нам о мероприятиях по борьбе с трахомой, ранее распространенной в Самарской области, и дали нам хороший обзор всех других медицинских мероприятий и учреждений. У нас также была возможность осмотреть еще один из знаменитых парков культуры и отдыха.

К западу от Самары расположено множество промышленных предприятий, работающих на богатых месторождениях мела, гипса, горючих сланцев и фосфоритов. В деревне Батраки есть железнодорожный мост длиной почти в милю, и, когда наш пароход приблизился к нему, нам всем было приказано укрыться. Это казалось невероятным, но мы поняли это, когда узнали, что два пролета моста были взорваны врагами и что время от времени возникали контрреволюционные угрозы. Этот инцидент иллюстрирует «военный менталитет», который все еще сохраняется во многих частях страны.

Во второй половине третьего дня нашего пребывания на Волге мы въехали в Автономную Республику немцев Поволжья. Здесь живут полмиллиона немцев, говорящих на своем родном языке и сохраняющих свою собственную характерную культуру. Это было очевидно в общем аспекте Саратова, города с населением около 215 000 человек.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *